.
По пути из Элисты в Астрахань недалеко от трассы есть небольшая пустыня. В прошлый раз мы проехали мимо, полюбовавшись песчаными барханами издалека, но отметили место на карте. В этот раз мы съехали с дороги и пошли смотреть пустыню.
.
.
.
.
Заметили ящерицу, стоявшую недалеко от нас и настороженно поднявшую голову.
.
.
Разулись и ходили по обжигающему песку.
.
Дошли до края пустыни, где она встречается с цветущей степью.
.
Нагулявшись, вернулись к машине и отправились дальше.
.
.
Элиста – необычный город, всюду буддистские символы: ступы, пагоды, барабаны и даже фонари оформлены по-восточному. Город небольшой, частные дома соседствуют с советскими панельными, появляются и новостройки.
.
Панельные дома украшены ажурными вставками, затеняющими жильё от летнего зноя, но если приглядеться, то видно, что за ажурным фасадом выложена кирпичная стена, чтобы защититься от пронизывающих, разгоняющихся по степи, ветров.
.
.
Необычно и то, что вокруг калмыки. Один раз мы видели девушку славянской внешности и группу из трёх чернокожих студентов у университета.
.
Нагулявшись по городу, возвращались в гостиницу через парк Победы. Откуда-то издалека слышались глухие разрывы, повернув, мы увидели скейт-площадку, где прыгали на самокатах подростки, издавая звуки, которые мы приняли за далёкие взрывы.
Дальше были ещё ступы вдоль дороги, маленький дацан, куда мы зашли, а там шла служба – сидел монах в бордовой одежде и скороговоркой распевал мантры, ближе ко входу на подушках сидели прихожане. Мы не стали мешать и ушли.
.
Перед входом в чесс-сити стоит каменная корона, в ней копошатся воробьи, чириканьем оглашая пустынную окраину.
.
.
На следующий день мы отправились в буддистский храм «Золотая обитель Будды Шакьямуни». Из чесс-сити до хурула решили идти пешком, полчаса по городу – это всегда интересно. К тому же вокруг весна, у домов обильно цветёт роскошная сирень – белая, тёмно-бордовая и немного собственно сиреневого цвета. Пока шли, сквозь домики и деревья периодически показывалась золотая крыша храма.
.
В деревьях, отделяющих тротуары от дороги, копошились птицы и мы часто останавливались, пытаясь их разглядеть.
.
Наконец, показалась ограда хурула, увешанная разноцветными флажками с мантрами.
.
На каждой из четырёх сторон забора стоят свои ворота, главные – самые пышные, остальные поскромнее.
.
.
В этот раз у хурула было людно, верующие ходят вокруг здания, крутят молитвенные барабаны, заходят помолиться в храм. Мы тоже покрутили барабаны и зашли внутрь.
.
.
.
Нагулявшись у хурула, повернули обратно, в чесс-сити. И снова золотая крыша храма ещё долго выглядывала из дворов, возвышалась над заборами и мелькала среди деревьев.
.
.
По пути в Элисту свернули, как и в прошлый раз, к одинокому тополю. В этот раз было оживлённо – по грунтовке сновали машины, поднимая светло-жёлтую пыль, разносимую ветром ещё долго после проезда авто. Парковка перед одиноким тополем была забита, а как только мы открыли дверь машины, к нам подошёл человек с горящими глазами и спросил, видели ли мы цветущие тюльпаны. Узнав, что не видели, человек загрустил и пошёл искать тех, кто видел. Мы поняли причину аншлага и пошли искать тюльпаны. На одном из холмов Аня нашла совсем недавно отцветший тюльпан – над невысокой травой возвышался стебель с пестиком, а рядом лежали алые лепестки.
.
Тополь зиму пережил с трудом, у него обломилась половина. Рядом посадили ещё три деревца, окружив их забором и привязав их слабые стволики к опорам. Несмотря на потери, тополь остался священным деревом, к которому приезжают калмыцкие семьи.
.
Совершившие ритуал паломники идут к ступам или к беседке с видом на бескрайнюю степь.
.
.
Весна оживила степь разливом речки, полностью исчезающей летом.
.
К роднику строят новую лестницу, мы, конечно же, по ней прошлись и сели на площадке любоваться открывающимися горизонтами.
.
.
.
.
.
Побродив ещё немного и прожарившись на солнце, мы поехали в Элисту.
.
.
По дороге из Краснодара в Элисту остановились в Красногвардейском – небольшом селе на берегу речушки. Нашли там хорошую гостиницу в восстановленном здании старой мельницы – толстые стены, чугунные лестницы, высокие потолки – не ожидаешь такой роскоши в глуши.
.
.
Второе замечательное место для прогулок в Краснодаре начинается там, где заканчивается японский сад. Это парк с оригинальным названием «Краснодар». Пруд с разноцветными карасями, зеркальный лабиринт, причудливые деревья и даже пальмы – всё прекрасно.
.
.
Кульминацией посещения Краснодара стал визит в японский сад. За месяц до приезда мы забронировали столик в ресторане (японском, естественно) внутри сада – чтобы не стоять в очереди на получение кодов на вход. Приехали за полтора часа до брони в ресторане и бродили по тропинкам парка.
.
Из-за того, что каждый час в парк запускают ограниченное количество посетителей, внутри малолюдно: фотограф снимает девушку в кимоно, две барышни – поклонницы манги прогуливаются с заговорщическим видом, где-то вдалеке ещё видна пара человек. Охранники (которых, впрочем, не видишь) и садовники, которых мы застали за выпалыванием мха – вот и все люди, с которыми сталкиваешься. Ничто не отвлекает от красоты на каждом пятачке.
.
.
.
Помимо воссозданной природы Японии есть и архитектура: павильоны, беседки, храмы, мостики через ручьи.
.
.
.
.
Тропинки заводят во всё новые места, попадаются тупички со скамейками, где можно присесть, перевести дух и послушать, как льётся ручеёк из бамбукового желоба.
.
.
Но надо успеть ещё увидеть дальние уголки парка.
.
И даже освежиться в водопаде.
.
.
.
Едем по новой для нас дороге в Краснодар – через живописные поля у подножья Кавказских гор.
.
.
За театром Лавренёва начинается парк на склоне холма, заканчивающийся бухтой. Когда зацветает миндаль, кажется, будто нежно-розовый туман окутывает спуск к воде.
.
.
Кончилась зима и мы возобновили поездки по Крыму. Начали с поездки на море, куда решили ехать через «Таврию», чтобы путь получился подольше и аккумулятор смог зарядиться получше. Кое-где на трассе связь глушили, карта не грузилась и мы проехали свой съезд, заехали в Бахчисарай, через него вернулись на трассу и со второго раза свернули куда надо.
Дальше ехали по петляющей между начавшими покрываться новой травкой холмами дороге, мимо деревень, некоторые из которых названы иронично — Маловидным называется населённый пункт с открытым во все стороны горизонтом, в одной стороне синеет море. Думали доехать до Вязовой рощи, но на одном из поворотов штурман (я) дал маху и мы поехали в Николаевку.
Оказалось, что не зря — открыли новое прекрасное место.
С высокого берега открывался вид на группы пикникующих у воды, расположившихся со всем комфортом со столиками, мангалами, напитками и едой.
Мы спустились и похрустели по камням вдоль кромки прибоя, удивляясь правильно обточенным камням — квадратным, прямоугольным и ромбовидным.
.
Как обычно, снимали окружающие интересные моменты:
.
Но больше всего наслаждались шорохом моря, посвистыванием ветра и шуршанием камушков:
.
.
.
Нам стало любопытно, какие яхты сейчас пришвартованы у Царской пристани. Пару дней назад мы с Аней с вершины холма увидели, что там стоит что-то новенькое. Дошли до пристани и оказалось, что почти все яхты разошлись и остался только катамаран Fontaine Pajot. По освободившейся воде нарезают круги лысухи, изредка попискивая друг на друга и на пролетающих чаек. Из нового заметили открывшуюся у пристани раменную, а также хитрый автомат с едой, которую можно разогреть в одной из микроволновок, установленных тут же. Прямо маленькая Япония.
.
на другой стороне бухты припаркован катер
.
Утром Аня усердно отмечала день берлоги, разбудить её удалось только в 12:30. Позавтракали и поехали на Ласпинский перевал, по дороге решая, куда в этот раз отправиться: снова по Большой Севастопольской тропе к Балаклаве, по ней же в сторону ЮБК или изучить старую Батилиманскую дорогу.
.
Приехав на перевал, мы с Олегом пошли на смотровую площадку, Аня осталась переобуваться в бронелапки. На смотровой экскурсовод что-то бубнила туристам, делающим фотографии с собой и открывающимися видами.
.
Туристы, спустившиеся со смотровой площадки, остановились у киоска с самсой, где тут же нарисовался упитанный серый кот, севший неподалёку и выразительно смотревший на перекусывающих. Два его соплеменника устроились неподалёку под деревом. Мы пошли к машине переобуваться и вперёд, покорять Батилиманскую дорогу.
.
Ещё в прошлый раз, когда мы ошибочно пошли сначала по Старой Батилиманской дороге, нам она понравилась своими видами, широтой и удобством. И мы были не единственными путниками – нас обогнала пара женщин с небольшой собакой, потом мы видели ещё несколько человек.
.
Дорога живописно петляла среди невысокого дубового леса, солнце иногда выходило из-за туч и поливало золотом окрестные долины, в открывающиеся прогалины было видно море.
.
.
Мы с Аней решили немного подняться по живописно раскиданным по склону камням. Как только мы продвинулись на пару метров, над нами закружила большая хищная птица. Мы спустились и на дороге Аня нашла несколько красивых камней.
.
.
Нагулявшись по горам и надышавшись пропитанным морем воздухом, мы отправились назад.
.
.
.
.
.
.
Вечером обещали шторм небывалой силы, с волнами до 10 метров. Перед обедом пошли смотреть, как там море. Дошли до мыса Хрустального, почти никого нет из прогуливающихся, только человек с комнатной собачкой, задумчивый подросток и мужичок с включённым портативным радиоприёмником. В море – ни одного корабля: ни стерегущего створ бухты военного, ни снующих от берега к берегу паромов. Волн тоже нет, как и сильного ветра.
.
.
Поехали на Ласпинский перевал, чтобы оттуда пройтись по Большой Севастопольской тропе в сторону Балаклавы. Было пасмурно и живописно. На парковке у смотровой площадки ходили вокруг столиков с гранатовым соком хмурые продавцы-азербайджанцы и предлагали купить сок или вино. Мы переобулись, надели трекинговые ботинки (мы их называем «бронелапки») и углубились в лес.
.
Сначала пошли по широкой тропе, радуясь, какая она удобная и ровная. Затем, увидев, что семья с ребёнком свернула куда-то вбок, остановились и посмотрели карту. Оказалось, что та удобная тропа, по которой мы идём, вовсе не Большая Севастопольская тропа, а Старая Батилиманская дорога. Мы свернули и пошли по лесу к нужной нам тропе.
.
Тропа прорезала дубовый лес, тронутый осенью, осыпающей всё вокруг жёлтыми и бурыми резными листьями. Терпко пахло желудями и мокрыми дубами. Изредка на поворотах открывался вид на море и горы.
.
На тропе регулярно были видны следы шин недавно проехавшей машины и мы удивлялись, глядя на крутую и неширокую дорогу, кто же сюда заехал. Скоро мы получили ответ, увидев на тропе «буханку», рядом с которой пара молодых людей убирала поваленные деревья, распиливая и складывая брёвна в машину. Обходя машину, увидели среди листвы грибы.
.
Сверху послышался пересвист птиц и мы остановились найти певцов. Оказалось, что поют крошечные синички, с бодрой песней перепархивающие с ветки на ветку, несмотря на сильный ветер.
.
Чем дальше мы шли, тем сильнее становился ветер, облака собирались во всё более объёмные и тёмные тучи. Дойдя до очередного столба-указателя, мы решили возвращаться. О переодел насквозь мокрую майку и мы пошли в обратную сторону.
.
Ветер качал кроны невысоких деревьев, срывал с веток выросший мох.
.
Облака цеплялись за вершины гор и холмов, останавливались, набирались сил и, перевалив за очередную гряду, скатывались к морю. Дождь так и не пошёл.
.
.
Дошли до Графской пристани, где в любую погоду сидят рыбаки. Один из них подкармливал хлебом маленьких, не длиннее указательного пальца, чёрных рыбок. В прозрачной воде было видно, как они гоняют кусочек из стороны в сторону и вверх-вниз, понемногу обкусывая его.
.
Женщина даже на рыбалке — с цветами.
.
