.
Январь в Крыму. На черноморский брег зима приходит как бы для забавы. Не в состояньи удержаться снег на лезвиях и остриях агавы.всё стихотворение
.
Редкая для юга зима в этом году, снег выпал и лежит. Бегаем смотреть хорошо знакомые места в новом антураже.
.
.
Ходили смотреть новогоднюю иллюминацию, пока всё не разобрали до следующего года. Народ выстраивается в очереди, чтобы сфотографироваться в праздничных декорациях, дети несут шары с разноцветными лампочками внутри, а на поверхности шара отражается мир вокруг.
.
.
.
.
.
Попадая в такой лес, вспоминаются строки Данте:
Земную жизнь пройдя до половины,
Я очутился в сумрачном лесу…
.
Утром Аня усердно отмечала день берлоги, разбудить её удалось только в 12:30. Позавтракали и поехали на Ласпинский перевал, по дороге решая, куда в этот раз отправиться: снова по Большой Севастопольской тропе к Балаклаве, по ней же в сторону ЮБК или изучить старую Батилиманскую дорогу.
.
Приехав на перевал, мы с Олегом пошли на смотровую площадку, Аня осталась переобуваться в бронелапки. На смотровой экскурсовод что-то бубнила туристам, делающим фотографии с собой и открывающимися видами.
.
Туристы, спустившиеся со смотровой площадки, остановились у киоска с самсой, где тут же нарисовался упитанный серый кот, севший неподалёку и выразительно смотревший на перекусывающих. Два его соплеменника устроились неподалёку под деревом. Мы пошли к машине переобуваться и вперёд, покорять Батилиманскую дорогу.
.
Ещё в прошлый раз, когда мы ошибочно пошли сначала по Старой Батилиманской дороге, нам она понравилась своими видами, широтой и удобством. И мы были не единственными путниками – нас обогнала пара женщин с небольшой собакой, потом мы видели ещё несколько человек.
.
Дорога живописно петляла среди невысокого дубового леса, солнце иногда выходило из-за туч и поливало золотом окрестные долины, в открывающиеся прогалины было видно море.
.
.
Мы с Аней решили немного подняться по живописно раскиданным по склону камням. Как только мы продвинулись на пару метров, над нами закружила большая хищная птица. Мы спустились и на дороге Аня нашла несколько красивых камней.
.
.
Нагулявшись по горам и надышавшись пропитанным морем воздухом, мы отправились назад.
.
.
.
.
.
.
В лесах сейчас плодоносит иглица. Очень точное название, ведь каждый листочек заканчивается остриём. Но мне больше нравится другое название, вынесенное в заголовок: так и представляешь мечтательных мышей, любующихся кустами.
.
.
Вышли на прогулку с инспекцией – посмотреть, как город выглядит после шторма. Шли вдоль Южной бухты, удивлялись бирюзовой воде. Корабли на месте, стоят ровно, как будто ничего и не было.
.
В парках и скверах видны поваленные и уже распиленные деревья. На солнце греются коты и птицы, повернув морды и клювы к теплу. Нашли шишку, сорванную ветром с крымской сосны. Давно хотелось её подержать в руках, до этого момента видели их издалека, на ветках, где они сидели, как воробьи, крепко вцепившиеся в дерево.
.
Спустились на Графскую пристань, замощённая плиткой часть была занесена толстым слоем песка, в котором тут же завелись дети и голуби.
.
Волны хорошо потрепали основную прогулочную набережную: раскидали гранитные бордюры, снесли почти все каменные плиты, накидали деревяшек и камней, разогнали лысух.
.
На месте, где собака-Боцман обычно ловила волны теперь хаотично навалены доски и предприимчивые люди вылавливают из нанесённого мусора ценности.
.
Голуби остались на месте, гуляют по переломанному парапету и выпрашивают еду у подходящих к набережной горожан, пока владельцы сувенирных магазинов спасают оставшееся добро из разбитых и залитых лавок.
.
На оставшейся относительно целой части набережной живописно валяются огромные камни, как будто просыпанные из горсти великана. Посреди бухты снова поставили красавец-корабль.
На мысе Хрустальном не осталось ни одной деревянной постройки, даже следов того, что кабинки для переодевания, вышка спасателей, летнее кафе здесь когда-то были.
Заметка о последствиях шторма у Ани.
.
.
Вечером обещали шторм небывалой силы, с волнами до 10 метров. Перед обедом пошли смотреть, как там море. Дошли до мыса Хрустального, почти никого нет из прогуливающихся, только человек с комнатной собачкой, задумчивый подросток и мужичок с включённым портативным радиоприёмником. В море – ни одного корабля: ни стерегущего створ бухты военного, ни снующих от берега к берегу паромов. Волн тоже нет, как и сильного ветра.
.
